четверг, 7 июля 2011 г.

Письма издалека

2. Жизнь студенческая и семейная, или женское счастье
      
    Свадьба Милы и Николая, до которой оставалось всего лишь пару месяцев, требовала большой организационной подготовки: нужно было закупить продукты, установить шатры (родители решили проводить свадьбу не в помещении, а во дворе частного дома), оборудовать площадки... Кроме того, начались занятия в университете, и Мила приехала в Одессу ещё в конце августа.
Из писем Нины:
    «1977год, сентябрь. …Пишу тебе из Одессы, завтра едем в колхоз, опять туда же, где и всегда были, -  в Фонтанку. В комнате я живу с Линой. Мила будет учиться на 3 курсе, она подходила к комендантше общежития, просила взять её «зайцем», но та боится ставить в комнату пятую кровать (во всех комнатах жили по четыре человека). Мила, конечно, будет жить с нами, пока никого не подселяют, живём вдвоём…», «…В этом году для нашего курса дали очень мало мест в общежитии, только 5 человек из нашей группы оказались счастливчиками. Удивляемся, как это мы с Линой попали в этот список. Девочки, бедные, с ног сбились в поисках квартир (жильё стоит дорого: 25-30 рублей)…»
   «… Взяли уже холодильник в комнату, внизу прокат закрыт, так мы с Линой «поймали» машину и привезли за трояк из другого проката, на ул.Сегедской. А в общаге попросили первокурсников, и они занесли холодильник на 4-ый этаж. Потом  взяли напрокат и телевизор…» 
   «…У меня сейчас какое-то грустное настроение. У Милы предсвадебные заботы, а они на меня тоже действуют, ведь она моя лучшая подруга. Серёжа засыпает Милу письмами. Нам с Линой его искренне жаль, он неплохой парень, но и Милу тоже: вся эта непростая ситуация её очень травмирует, она переживает. Как сложится её судьба? Если бы знать всё наперёд…»
    К сожалению, а может, и к счастью, человеку не дано предвидеть своё будущее. Но ведь как часто оно видно ещё до роковой свадьбы. Увы, зачастую его просто не хотят замечать, как будто надевают шоры на глаза: вдруг «пронесёт» и сбудется заветная мечта о счастье… Жизнь доказывает обратное: не надейтесь на «авось»! 
    Вскоре предоставилась возможность познакомиться и с женихом Милы: он приехал в Одессу и часто оставался ночевать в комнате у девчонок (Мила уже поселилась в общежитии), пока не была найдена съёмная квартира. Девушкам он не понравился с первой встречи. Но разве этот парень – их выбор? Николая выбрала Мила…
    «13.11.77.  …Сегодня получила письмо от тебя. Я ещё спала, а Мила его взяла на вахте и принесла. Хотела заставить меня сначала станцевать, а потом пожалела и так отдала, потому что надо было одеваться для этого: у нас  будущий супруг Милы спал…»
     «…Ходили с Линой в кино сегодня, смотрели польский фильм «С любовью». Фильм понравился, Лина вообще в восторге. После просмотра разошлись по домам, больше никуда не хотелось идти: напала какая-то апатия. Мила почти отошла от нас, у неё уже свои интересы и заботы. От этого становится как-то грустно, ведь я с ней дружу почти 3 года. Сейчас пошли куда-то с Николаем, уже вечер, а их всё нет. Даже не сказали, куда идут, где будут ночевать, ждать их или нет, а я ведь спрашивала, но ответа не получила. Мне, собственно, и не надо этого знать, но просто как-то обидно…»
   «18.11.77.   …Во вторник ходили с Линой в оперный театр на Ленинградский балет в современной постановке. Мне понравился, даже очень. А билеты достали случайно: в кассе женщина предложила, а так не купить. Скоро будет выступать югославский певец Ивица Шерфези, но решили на него не ходить, т.к. надо ехать на свадьбу к Миле…»
   Свадьбу Мила и Николай отгуляли поздней осенью. Казалось, что и природа против этого брачного союза: день выдался пасмурный и дождливый, неасфальтированные улицы маленького городка превратились в грязное месиво, туфли грузли в размокшей почве. Подол белого длинного платья невесты был весь испачкан. Чёрное на белом – как некий символ утраченной чистоты, вместе с которой ушло и женское счастье…
   Подруги искренне переживали за Милу, даже  друг Нины, находящийся в далёком море, присылал тревожные письма:
    «… Знаешь, Нина, я долго не хотел посылать поздравление Миле, а когда всё же решил, то добрых часа два сидел и не мог придумать текст телеграммы. Наверное, легче живётся и поздравляется, когда не знаешь всей подноготной чужой жизни. Но когда этот человек -  твой друг и когда ты всё же много знаешь о нём, о его жизни, то поздравлять с тем, чего нет, поздравлять и знать, что это неправда, по крайней мере, для меня – тяжело. Но мне так хотелось и хочется как-то поддержать Милу, поднять дух её. Возможно, всё ещё будет хорошо у них с Николаем, может, Гименей (наконец-то!) очнётся, откроет глаза и скажет: «Ну что же вы ссоритесь и таите зло друг на друга, разве нельзя жить без этих низких чувств, ведь вы же муж и жена?! Муж и жена – это  даже звучит как одно целое, неразрывное! Бог я или не Бог? Повелеваю: быть  едиными во всём и навсегда!» Хочется, чтобы так было…»
     Действительно, молодые супруги не были похожи на счастливую семейную пару. Постоянные ссоры между ними красноречиво говорили о совершённой ошибке, которая могла висеть над их судьбами дамокловым мечом…  Неужели всё во имя ещё не родившегося ребёнка? А может ли испытать в будущем радость детства это маленькое существо, которое уже в утробе матери слышит отвратительную ругань, постоянные скандалы между отцом и матерью? Наверное, нет.
     Не суждено было появиться на свет Божий этому малышу: Миле нездоровилось, постоянно открывалось кровотечение -  девчонки вызывали скорую... Необходимо было срочно принимать какое-то решение, и отец Милы повёз дочь на обследование. Оказалось, что ребёнок не развивается, а сроки большие, могло быть заражение крови – и Миле срочно сделали операцию.
     А что же молодой супруг? Николай в это время… уехал на стройку в Южноукраинск. А как же клятва «в радости и в печали – всегда быть вместе!»? О чём вы говорите? Печаль была только у Милы, у её родителей да ещё у Нины и Лины – её подруг.
     «…Миле дали академ до мая, а потом будет сдавать с нами экзамены. Вечером мы с ней смотрим сериал «Рождённые революцией», а по ночному кинозалу  идёт фильм «Большая перемена» (4 серии) о вечерней школе. Кинокомедия, мы так смеёмся. Смотрим телевизор с Милой до часу, а утром я еле глаза открываю. Миле хорошо: спит себе. Сегодня она поехала домой, а вообще будет жить тут, в Одессе…»
    «…У нас вчера был центровой английский язык: первую половину пары преподавательница спрашивала у нас диалоги, а вторую мы слушали «Пинк Флойд». Кстати, одна из частей Ленинградского балета, который мы смотрели, поставлена под эту музыку. А сегодня мы слушали в их исполнении музыку Ф.Листа…»  
    «14.02.78.(3 курс).  …Место Милы пустует. Правда, она не сдавала вещи комендантше. Не пишет ничего, один раз приезжала с мужем, но на полчасика. Толком и не поговорили…»
    «…Вчера был День студента, а сегодня у нас факультетский праздник – 40 лет филфаку. У нас была всего одна пара, а потом торжественная часть. С телевидения приезжали, так что будут показывать наш факультет. А вечером будет в БАЗЕ концерт и танцевальный вечер. А мы какие-то странные, даже не отмечаем: нет нашей дружной, весёлой компании. Представляешь, стоит бутылка вина уже недели две и неизвестно, когда же мы её откупорим…»
     Вот и закончили студенты третий курс, сдали экзамены – и кто куда: одни - домой, другие – в стройотряды заработать денег. От Милы долго не было известий. Девчонки тайно надеялись, что она, наконец, бросит своего Николая (ведь ребёнка нет) и сойдётся с Серёжей, который был в курсе её дел. Миле оставалось только решиться на развод. Но подруги надеялись напрасно: к сентябрю Мила с мужем сняли в Одессе квартиру – большое полуподвальное помещение, в котором было так же холодно и сыро, как и в отношениях между молодыми супругами.    
    «27.11.78. (4 курс). …Пока Николай на «скачках» (военной переподготовке), мы с Милой будем жить то у нас, то у неё: она боится в своих хоромах…»
     Когда супруг отсутствовал, Мила вместе с подругами ходила на лекции, но вскоре Николай вернулся в Одессу – и совместная их жизнь пошла кувырком…  Муж знал о Сергее и сильно ревновал к нему. Ссоры в семье участились, но теперь это были не только словесные перебранки – дело доходило и до рукоприкладства. Сначала на лице Милы появились небольшие ссадины и синяки - она была вынуждена их замазывать, запудривать. А когда Николай, совсем обезумев, избивал Милу, она стала пропускать занятия, т.к. скрывала побои и стыдилась появляться среди студентов: следы этих жутких расправ долго не заживали…
    «…Мила немного рассказывала о муже, что он с ней творит… Николай такой жестокий, просто зверь! Знает, что у Милы болит голова, и бьёт её прямо в голову, обзывает всякими словами, говорит, что она не человек… Представить даже страшно… Милу жалко, Николай может довести её до помешательства…»
    Мила по не понятной для подруг причине не оставляла мужа-изверга. Любила ли она его? Да за что же можно было любить такого садиста? Нина ни разу не слышала от подруги, что та любит своего мужа. Может, Николай это знал? Почему же он в таком случае не бросал Милу, а предпочитал вымещать на ней свою злобу? Чтобы не досталась другому? Это так и осталось загадкой.
     Девушки презирали Николая, но они не имели возможности изменить судьбу Милы, ведь она сама ничего не делала для этого. Супруги иногда приходили в общежитие, чтобы сходить в душ, т.к. у них на квартире не было горячей воды. Однажды Нина и Мила мылись дольше обычного, чтобы хоть немного поговорить: они так редко оставались наедине. Когда подруги вошли в комнату, они были поражены увиденной картиной: Николай бесцеремонно улёгся в кровать Нины, расстелив постель и раздевшись. Он заулыбался, увидев девушек: « А я тут лежу, потею после душа». Немая сцена… Что тут скажешь? Только Миле было так стыдно за поведение своего мужа…  Но не зря говорят: «Чем дальше в лес – тем больше дров». Пока Нина и Мила накрывали на стол, Николай развлекался журналами, которые дали посмотреть девушкам знакомые моряки. Перелистывая страницы, он отпускал реплики, комментировал увиденное…  А когда на фотографиях были полуобнажённые женские фигуры, Николай весь преображался: широко улыбался, глаза светились похотливым блеском, он даже издавал звероподобные звуки, рычал: «Р-Р-Р! Мне бы эту бабу!» - и скрёб пальцами по фотографии. Зрелище было жуткое, но девчонки, не зная, что им делать, молчали. Жалко было Милу, ведь ей дома могло бы попасть за их слова.
    «Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты» - известная истина. Каковы были друзья Николая, можно судить по этому письму Нины:         
    «…У меня сейчас немного болит голова. Вчера пошла в гости к молодожёнам, они устроили застолье. Рядом со мной сел кум Николая - старый (по сравнению с нами) ловелас и негодяй, эгоист и вообще ужасный человек, взялся он меня обхаживать и всё выступал, что я мало пью. Видно, хотел меня напоить. А когда мы с Милой вышли, он подлил мне самогонки в вино, а после моего ухода хвастался этим и смеялся вместе с Николаем. Мила пришла утром ко мне и рассказала об этом омерзительном поступке. Я немного чувствовала, что вино чем-то стало пахнуть и на вкус изменилось, а оно вот что оказалось. И сегодня целый день болит голова, хорошо, что я не допила то вино. Ты представляешь, какие бывают люди?»
     К сожалению, Мила не расставалась со своим мужем, хотя уже полностью поняла его сущность. Николай, продолжая издеваться над женой, не жалел её и в интимном плане: Миле после перенесённой операции нельзя было рожать в течение двух лет, но вскоре она опять забеременела. Результат тот же – повторная операция. Когда у супруги нет женского счастья, ей не хочется ничего. Мила почти не общалась с подругами, не приехала даже на свадьбу Нины, забросила учёбу. Николай только радовался. Зачем ему, малообразованному, жена с высшим образованием?     
     «Декабрь. 1979 (5 курс). …Милу исключают. Я её давно не видела, как-то ходила к ним забрать одеяло, а она к нам не приходит. Уже подали на Милу рапорт, не знаю, что она будет делать. Говорила, что у неё есть какая-то справка. Но чем она поможет? Я даже не знаю, в курсе событий её родители или нет.
    Новый год (1980) будем встречать без снега, но с морозом -10…»
    «…Мила будет переводиться на заочное обучение. Правда, переводят только летом, но замдекана обещала поговорить с деканом, ведь у Милы уже выбора нет. Дела неважные…»
     Из деканата послали письмо родителям Милы, на следующий год её восстановили, но на курс ниже. Подруги почти не общались: этого не хотела Мила. Прошли годы. У Милы родились два сына, в родном городишке супруги построили дом…  Но, видно, простое человеческое счастье не постучало в дверь Милы и Николая… Когда через много лет Нина попыталась разыскать подругу, от Милы пришло одно-единственное письмо… В её жизни ничего не изменилось,  была только одна радость – дети. Писать она больше не хотела.
     Будучи уже замужем и живя в Крыму, Нина однажды встречалась в Симферополе с Серёжей. Он тогда ещё не был женат, всё ждал Милу…  Увы, напрасно. Вспоминали Одессу, студенческие годы…  
     Почему женщины терпят насилие в семье, ложно прикрываясь детьми, обманывая и себя, и своих близких? Кому от этого хорошо, кто счастлив в подобных семьях? Бьёт – значит любит? Извечный вопрос…  А есть ли на него ответ?        

4 комментария:

  1. Поражаюсь, Наташа, документальности изложенных событий. Ты, наверное, вела дневник в те далекие студенческие годы.
    А что касается насилия в семье, ответ однозначен: если поднял руку, никогда нельзя терпеть и прощать. От безнаказанности человек наглеет еще больше. И ничего хорошего в таких случаях никогда не получается. Лучше сразу ставить все точки над "и".

    ОтветитьУдалить
  2. Да, Галочка, у меня сохранились письма с тех времён, во многих стоят даты. Этих писем осталась стопка, а было около 1000, когда-то сгоряча их уничтожила, фотографии тоже. Теперь жалею, но ничего изменить нельзя. Моих писем осталось около 20. Можно было бы написать целый роман. Плюс моя память, но почти всё забылось, так, отдельные моменты помнятся. Но ничего, напишу когда-то...

    ОтветитьУдалить
  3. Может, она мазохистка - предположим, что ей нравились мучения. И не надо пытаться понять ни Милу, ни садиста Николая - если они действительно таковы, то людям с нормальной психикой не постичь их парадоксального мира...

    ОтветитьУдалить
  4. Нет, Мила была не мазохистка, а нормальная весёлая девушка, но сложившаяся жизненная ситуация её совсем изменила. Просто ей не хватило решимости, как и тысячам женщин, уйти от мужа-тирана. В этом их трагедия. К сожалению, человек привыкает ко всему (как это ни парадоксально!), даже к насилию, и обречённо живёт дальше.

    ОтветитьУдалить